(ЭКСКЛЮЗИВ) Мифы и реалии формулы «Роттердам +»

20 фев 2017 11:37:28
электроэнергия
Кризисная ситуация с обеспечением углем антрацитовой группы украинских тепловых электростанций (ТЭС) вскрыла ряд системных проблем отрасли, которые накопились на протяжении последних 20 лет из-за отсутствия стратегического планирования. Государство так не создало на энергорынке такие правила игры, которые с одной стороны гарантировали бы потребителю энергобезопасность и стабильное энергоснабжение, с другой - защищали его от необоснованного удорожания электроэнергии. Нынешняя блокада поставок антрацита с неконтролируемой территории (НКТ) – повод, наконец, заняться стратегическими вопросами. Однако к ним пока так и не приблизились. «Энергореформа» подготовила обзор основных тезисов, которые сейчас обсуждаются в экспертном сообществе.

  1. Украинские потребители электроэнергии с апреля 2016 года платят тепловой генерации за уголь по европейской цене, да еще с учетом доставки из порта Роттердам в Украину. Таким образом, «тепловики» получили достаточно оборотных средств для покупки топлива за рубежом.

Ответ – нет. Тепловая генерация не закладывает в свой отпускной тариф топливную составляющую по текущей европейской цене угля, сложившейся на бирже в Роттердаме. А закладывает - по усредненной за предыдущие 12 месяцев цене, которая гораздо ниже текущей, поскольку уголь на внешних рынках за последний год подорожал вдвое.

К примеру, сегодня на бирже тонна стоит $80, с доставкой и перевалкой она обойдется украинским ТЭС почти в $100, тогда как в тариф в 2016 году можно было включить 1400 грн, а в 2017 году – 1735 грн. И разница в калорийности большой роли здесь не играет. Таким образом, у ТЭС не было возможности аккумулировать средства для закупок угля за рубежом по импортным ценам. Такая возможность появится, вероятно, не ранее 2018 года, если уголь на Роттердамской бирже не будет резко дорожать или подешевеет.

Зачем в таком случае был введен подобный механизм - полумера? Можно еще раз вспомнить обоснование председателя НКРЭКУ Дмитрия Вовка. Однако об истинных целях остается лишь гадать. Возможно, в краткосрочной перспективе - для того, чтобы ТЭС могли откладывать средства для формирования резерва топлива в будущем. Или финансировать другие статьи расходов, которые в нынешних реалиях не прогнозируемо увеличиваются. По данным, предоставленным НКРЭКУ организации ОПОРА, в 2016 году по сравнению с 2015 годом только условно-постоянные расходы ТЭС возросли на 13% - с 9,25 млрд грн до 10,5 млрд грн.

  1. Себестоимость добычи угля на НКТ составляет 600 грн за тонну, тогда как ТЭС разрешили заложить в тариф на электроэнергию топливную составляющую в размере 1400 грн в 2016 году и 1700 грн в 2017 году. По расчетам экс-члена НКРЭКУ Андрея Геруса, применение формулы «Роттердам+» в ценообразовании для тепловой генерации в 2016 году принесло ей дополнительно 10 млрд грн.

Достоверных официальных данных о сегодняшней себестоимости угледобычи на НКТ нет. Кроме того, немало стоит фактическая доставка угля в Украину, ведь помимо стоимости транспортировки существует ряд «скрытых» платежей.

Разумеется, дельта есть, и она немалая. Но рассуждения о том, сколько «наваривают» на угле с НКТ, основываются на сравнительном анализе и домыслах, а не фактических данных. С таким же успехом можно назвать цифру в 6 млрд грн.

  1. Если бы НКРЭКУ предусмотрела в Порядке формирования ОРЦ применение текущих рыночных цен на уголь, то тепловая генерация смогла бы диверсифицировать поставки топлива.

На сегодня существуют большие сомнения на этот счет в виду отсутствия механизма, который стимулировал бы ТЭС закупать импортный уголь. Для этого недостаточно просто повысить отпускной тариф. Тепловая генерация начнет диверсифицировать поставки угля по своей воле при отсутствии альтернативных вариантов загрузки станций.

  1. Государственное «Центрэнерго» не импортировало уголь, поскольку связанные с торговыми посредническими структурами госменеджеры зарабатывают на дешевом топливе с НКТ. Частная ДТЭК также зарабатывает, и вдобавок не хочет отказываться от собственной угледобычи.

Вынудить ДТЭК остановить свои шахты на НКТ и покупать уголь в ЮАР и Австралии можно путем полного запрета на въезд поездов с углем из захваченных территорий. То есть лишь в случае, если Украина примет политическое решение прервать все торговые взаимоотношения с НКТ, а также прекратит выплачивать пенсии и зарплаты гражданам, зарегистрированным на НКТ. На сегодня такого решения нет, поэтому требование к ДТЭК отказаться от угля своих же шахт, находящихся на НКТ, но зарегистрированных в Украине, ничем не обосновано и никак не может быть реализовано.

На «Центрэнерго» у государства формально есть рычаги влияния. Но по факту вопросы обеспечения госкомпании углем решают контролирующие государственный менеджмент частные структуры-трейдеры. Если бы государство предоставило «Центрэнерго» достаточный уровень тарифа и дало соответствующие поручения госменеджменту, компания могла бы закупить антрацит за рубежом. Возможно, это было бы более выгодно, чем переводить свои блоки на «газовый» уголь, особенно это касается тех станций, где эти мероприятия достаточно дорогостоящие.

  1. Весной 2016 года угля на складах ТЭС было более чем достаточно (2,6 млн тонн), из-за этого ДТЭК даже сократила собственную добычу. Никто и не предполагал, что зимой образуется дефицит угля.

Зима всегда приходит неожиданно. Внезапно АЭС начали сбоить, сократили выработку и не выполнили план, в результате чего ТЭС пришлось истратить все свои запасы угля. Внезапно началась блокада поставок топлива.

Наверняка энергетики осознавали риски, однако не желали оплачивать государственную энергобезопасность за свой счет и запасаться топливом впрок. О том, чтобы покупать его себе в убыток за границей, и вовсе речи быть не может.

Инициатива правительства о неснижаемом запасе угля в 2-3 млн тонн должна быть подкреплена финансово. Чтобы приобрести столько угля по цене Роттердама, нужно «заморозить» $200-300 млн. Лишь после введения блокады возник вопрос об источнике финансирования. Обсуждаемая схема с кредитом в 3 млрд грн, который возьмет ГП «Энергорынок» - отработанная схема решения проблем энергорынка за счет потребителей. Но на сегодня конкретных решений нет.

  1. Перевод тепловой генерации на уголь «газовой» группы существенно снизит зависимость от антрацита.

Да! Но, во-первых, перевод стоит денег, и по отдельным блокам – достаточно больших (их в итоге заплатит потребитель электроэнергии, которому уже и так, судя по всему, придется платить за покупку запасов по импортным ценам), а во-вторых, возникает дефицит угля марки «Г», которого в Украине уже не хватает. Возможно, дефицит пока условный – ДТЭК везет «газовый» уголь из Павлограда на свою ТЭС на НКТ, а для западных станций покупает топливо в Польше. Но после перевода всех станций «Центрэнерго» появится реальный дефицит. Разница лишь в том, что у тепловой генерации не будет соблазна закупить его на НКТ. Но как бы не оказаться в сегодняшней ситуации с антрацитом – возможности купить за рубежом крайне ограничены и все дорого.

  1. Нужно развернуть блоки «Бурштынского острова», работающего автономно, в украинскую энергосистему.

Модернизировать блоки Бурштынской ТЭС можно, это низкозатратное мероприятие позволит снизить годовое потребление антрацита на 1 млн тонн. Ходят слухи, что процесс сдерживает ДТЭК, которой принадлежит «Захидэнерго». Бизнес-интересы идут вразрез с интересами государства, но государство может решить эту проблему в правовом поле.

  1. Нужно построить на границе вставки постоянного тока (ВПТ), и тогда Украина сможет импортировать электроэнергию из Европы.

Если в 1998 году Украина планировала строить ВПТ для того, чтобы зарабатывать на экспорте своей дешевой электроэнергии в Европу, то сегодня мы стали энергодефицитным государством, и готовы покупать электроэнергию по европейским ценам. Однако все же это лучше, чем дотировать шахты из госбюджета, получать за счет этого дешевое электричество и продавать его европейцам.

Если не получается быстро интегрироваться с ENTSO-E (а на это уйдет лет десять), нужно строить вставки. Сегодня эта мера – важный элемент энергобезопасности.

  1. Необходимо принять закон о рынке электроэнергии, внедрить конкуренцию и двусторонние контракты. Также следует принять закон о рынке угля.

Это самый действенный, системный – и сложный - способ решения проблемы. Сегодня политические противоречия мешают Верховной Раде завершить работу над законом о рынке электроэнергии. Также не запущен процесс ротации НКРЭКУ. Серьезные структурных реформы отложены в долгий ящик.

                                                                                                     Редакция сайта "Энергореформа"


Читайте также

Петриковец: Наши прогнозы генерации "зеленой" электроэнергии стали вдвое точнее – мнение

Директор ГП "Гарантированный покупатель" Константин Петриковец о достижениях в прогнозировании выработки "зеленой" электроэнергии и дальнейших планах предприятия (подается на языке оригинала).

"Водородные острова" появятся в Украине в 2023 году – мнение

Руководитель водородного проекта Региональной газовой компании Станислав Казда (подается на языке оригинала).

Срыв интеграции с европейским энергорынком станет очень негативным сигналом для всех интеграционных процессов Украины – эксперт CSIS

Эксклюзивное интервью старшего научного сотрудника Центра стратегических и международных исследований (CSIS, Вашингтон), ведущего эксперта по вопросам международного развития энергетики, много лет занимающегося вопросами энергетической политики в Украине, Эдварда Чоу Энергореформе (приводится на украинском языке).

Авторизация



Создать аккаунт


Авторизация

Возникла ошибка авторизации!
Извините, возникла ошибка авторизации. Пожалуйста, попробуйте еще раз (в окне социальной сети вам необходимо подтвердить авторизацию), или попробуйте авторизоваться через другую социальную сеть.

Пожалуйста проверьте свою почту
и перейдите по ссылке,
чтобы завершить свою регистрацию
на сайте.

Комментарий отправлен на модерацию